Саммит НАТО: послесловие

Расмуссен2

Заметки представителя России на молодежном саммите в Лиссабоне

Итак, 20 ноября в Лиссабоне завершился саммит НАТО, который сами натовцы окрестили не иначе как «историческим». Столь громкое определение было дано в связи с несколькими важнейшими темами, которые доминировали на саммите и по которым были приняты определенные решения.

Первая тема – Стратегическая концепция НАТО, одобренная главами государств и правительств членов альянса в ходе встречи в Лиссабоне. Этот документ является своего рода «дорожной картой» для НАТО на ближайшие десять лет.

Что же нового привнесла эта концепция в деятельность альянса? Сразу стоит отметить, что сам документ оказался значительно меньше по объему – всего 11 странниц – по сравнению с обзорным докладом, который в рамках работы над выработкой новой концепции сделала минувшей весной «группа мудрецов» во главе с небезызвестной Мадлен Олбрайт.

Принятый документ с российской точки зрения, скорее, ставит новые вопросы, чем отвечает на те, что уже были заданы относительно политики НАТО в наступающем десятилетии. С этой точки зрения одобренный документ выглядит куда более расплывчатым и менее содержательным, чем доклад группы Олбрайт. В России новая стратегия, скорее всего, большинством экспертов будет встречена прохладно, так как она не отвечает на те опасения, которые есть у нашей страны относительно целей, функций, а главное, средств и методов, которые НАТО будет использовать в своей деятельности в ближайшие десять лет.

По-прежнему вызывает опасения стремление альянса играть «уникальную и важнейшую роль в обеспечении общей обороны и безопасности». При этом продолжается игнорирование предложений российской стороны по укреплению безопасности в Европе с привлечением всех заинтересованных сторон, в том числе России.

Остаются размытыми условия «формирования безопасной среды за пределами границ» НАТО, что заставляет испытывать сомнения по поводу желания альянса оставаться региональной структурой безопасности.

Не меньше вопросов вызывает новое направление деятельности – кризисное реагирование.

Альянс оставляет за собой право реагировать на конфликты за пределами своей традиционной зоны ответственности, если эти конфликты угрожают безопасности членов НАТО. При этом в концепции отсутствует какое-либо упоминание о необходимости для НАТО получать мандат Совета Безопасности ООН.

Беспокоят новые сферы внимания альянса, в том числе обеспечение энергетической безопасности. НАТО планирует «защищать энергетическую инфраструктуру», в том числе территории, по которым осуществляется транзит энергоресурсов в Европу, а также сами линии поставки.

Наконец, НАТО продолжает придерживаться политики «открытых дверей» и готова видеть в своих рядах новых членов, которые имеют желание присоединиться к альянсу. Хотя в самой Стратегии нет упоминания Грузии и Украины, однако, в кулуарах и на экспертном уровне НАТО продолжает поддерживать стремление этих стран стать членами альянса.

Особенно интересной представляется позиция по Украине, изменение политики которой в отношении альянса в связи с принятием нового закона об основах внешней политики хотя и признается на официальном уровне, но вызывает сожаление. Уважая решение руководства Украины, вместе с тем члены НАТО, особенно из Восточной Европы, не оставляют надежд, что позиция Киева по этому вопросу может измениться.

Все это позволяет сделать вывод о том, что в ближайшие десять лет НАТО будет по-прежнему стремиться к единоличной роли ведущей региональной структуры безопасности в Европе, будет продолжать свою политику расширения на Восток, активно участвовать в урегулировании конфликтов по всему миру, особенно в тех зонах, где непосредственно затрагиваются интересы альянса. При этом НАТО не собирается обременять себя получением мандата ООН. Также вероятно активное участие альянса, по меньшей мере на политическом уровне, в случае возникновения проблем с обеспечением Европы энергоресурсами.

Если принять во внимание, что, по сути, одобрение новой Стратегической концепции было всего лишь формальным делом, поскольку сам текст доклада стороны согласовывали на протяжении последних нескольких месяцев и тем более дней, то по существу в рамках саммита речь шла о двух вопросах.

Вопрос первый – Афганистан. 20 ноября в первой половине дня состоялась общая встреча глав государств НАТО и президента Афганистана Хамида Карзая. По итогам была подписана очередная политическая декларация между НАТО и Исламской республикой Афганистан. Главное – достигнуто устное соглашение между сторонами по поводу постепенной передачи полной ответственности за обеспечение безопасности по всей стране самим афганцам. Процесс начнется в начале следующего года и должен завершиться к 2014 году. Однако это не будет означать полного ухода сил НАТО, а тем более американцев из Афганистана.

Между тем по Афганистану НАТО удалось достигнуть значительных результатов в рамках переговоров с российской стороной. Расширяется наименование нелетальных грузов НАТО, провозимых через территорию России для нужд альянса в Афганистане. Получит продолжение доказавший свою успешность проект по подготовке антинаркотических специалистов из Афганистана и других стран Центральной Азии. К этому проекту будет подключен Пакистан, который также нуждается в подобных специалистах. В 2011 году в рамках Совета Россия-НАТО будет создан целевой фонд для обеспечения технического обслуживания вертолетов российского производства, активно используемых в Афганистане. О безвозмездной поставке вертолетной техники для НАТО и Афганистана речи не идет.

Вопрос второй. Отношения с Россией в контексте ПРО, обсуждавшиеся в рамках заседания Совета Россия–НАТО сразу после закрытия афганской тематики. Ключевая тема – создание совместной системы противоракетной обороны. И здесь, пожалуй, российскую сторону постигло разочарование. Еще накануне открытия заседания помощник российского президента по международным делам Сергей Приходько заявил, что Россия готова строить вместе с НАТО единую систему европейской ПРО с включением в нее национальных противоракетных комплексов. Однако, как выяснилось позже, позиция НАТО несколько отличается от позиции России по данному вопросу. Отвечая на вопрос российского представителя на молодежном форуме НАТО о перспективах создания единой противоракетной системы обороны, Генеральный секретарь альянса честно признался, что он не верит в так называемую ЕвроПРО. Скорее, речь должна идти о кооперации двух независимых ПРО – российской и натовской, которые могли бы обмениваться информацией и координировать свои действия по некоторым направлениям.

Все, о чем удалось договориться в связи с ПРО, сводится к трем вещам. Стороны одобрили Совместный обзор общих вызовов безопасности XXI века, который был запущен еще год назад. Стороны пришли к пониманию, что у России и НАТО есть общие угрозы. Однако бороться с этими угрозами Россия и НАТО будут по-прежнему порознь в рамках продолжения дискуссии об общей ПРО. Россия и НАТО теперь сделают еще один обзор – совместную оценку угроз со стороны баллистических ракет. Опыт подсказывает, что эта оценка у обеих сторон может существенно разниться. Возобновляется работа по ПРО театра военных действий.

Подводя итоги по этому вопросу, можно констатировать, что Россию никто никуда не зовет. Совет Россия–НАТО лишь только планирует сделать совместный анализ будущих рамочных условий сотрудничества в области противоракетной обороны.

Первые результаты анализа ожидаются к заседанию министров обороны России и НАТО в июне 2011 года.

Таким образом, можно констатировать, что идея Дмитрия Медведева о создании противоракетного «пула» заинтересованных государств не нашла отклика среди членов НАТО. Более того, российские предложения по подписанию нового Договора по безопасности в Европе фактически канули в Лету. Об этом на саммите практически не упоминалось.

Больший оптимизм вызывают итоги молодежного саммита НАТО, который проходил одновременно на полях общего саммита НАТО. К участию были приглашены не только представители стран-членов альянса, но и стран партнеров альянса в рамках различных программ, крупнейшей из которых является «Партнерство ради мира», в том числе представитель из России.

Можно констатировать, что диалог молодого поколения стран НАТО и стран партнеров вселяет оптимизм и надежду на достижимое взаимопонимание. Молодые эксперты имеют значительно более широкий подход к решению многих проблем международного и регионального характера, в том числе свежее видение отношений между Россией и альянсом. Во многом это происходит по причине отсутствия у молодого поколения европейцев и американцев стереотипов «холодной войны» и предрассудков в отношении России. Хотя, стоит признать, что не всем молодым свойственна такая «свежесть мозгов».

Следующий саммит по приглашению Барака Обамы состоится в 2012 году в США.

Статья опубликована на сайте информационного портала «Столетие»

http://www.stoletie.ru/geopolitika/sammit_nato_posleslovije_2010-11-24.htm

Похожие публикации

Закрыть
Закрыть

Please enter your username or email address. You will receive a link to create a new password via email.

Закрыть

Закрыть
Регистрация

Имя, Фамилия, Отчество

Страна

Город

Образование

Место работы и должность

Телефон

Электронная почта

Поле загрузки файлов


×
Кишкембаев Аскар Булатович

Кишкембаев Аскар Булатович

×
Петришенко Игорь Викторович

Петришенко Игорь Викторович

×
Сысоева Анна Алексеевна

Сысоева Анна Алексеевна

×
Перебоев Владимир Сергеевич

Перебоев Владимир Сергеевич

×
Фененко Алексей Валериевич

Фененко Алексей Валериевич

×
Токарев Алексей Александрович

Токарев Алексей Александрович

×
Иванова Наталия Анатольевна

×
Аватков Владимир Алексеевич

Аватков Владимир Алексеевич

×
Субботин Илья Вячеславович

×
Уткин Сергей Валентинович

×
Синицын Михаил Владимирович

×
Мягкая сила России

лого_curv-01-1Аналитический проект «Мягкая сила России» призван развить дискуссию и выявить ключевые интересы, проблемы и вызовы в данном измерении российской внешней политики.

Проект ставит своей целью внести вклад в развитие дискурса о мягкой силе России, способствовать выработке и лучшему пониманию данной концепции, увеличить эффективность мягкой силы России на практике.

Проект охватывает следующие аспекты для изучения:

— актуальность вопроса развития мягкой силы в России;

— определение российского потенциала;

— инструменты мягкой силы;

— кадры и финансирование;

— соотношение понятия «мягкая сила» с информационным образом, брендингом государства;

— опыт и модели других государств, инновационные подходы;

— институционализация мягкой силы;

— области и сферы для охвата в России;

— вопрос самоидентификации и смыслы, которые может Россия нести вовне;

— измерение эффективности мягкой силы;

— пробелы в деятельности мягкой силы России;

— мониторинг публикаций по мягкой силе в России и мире;

— рецензии на тематические труды;

— полемика с другими авторами.

Отдельное внимание мы уделяем развитию общественной дипломатии как одного из инструментов мягкой силы.

Предложения для публикаций на нашем сайте принимаются по адресу softpower.picreadi@gmail.com.

Проект открыт для участия экспертов, ученых, аспирантов, студентов профильных специальностей. Территориальных ограничений нет.

×
Шакиров Олег Игоревич

Работал в РИА Новости, РУСАДА, стажировался в Секретариате ООН.

Закончил международный факультет Южно-Уральского государственного университета, магистратуру Johns Hopkins SAIS.

http://russiancouncil.ru/blogs/shakirov/

×
Суворова Лукьяна Ивановна

Суворова Лукьяна Ивановна

×